Прошедшая в Красноярске 20 февраля 2026 года конференция «Сибирский экспресс-2026» под председательством сенатора Александра Усса, как ни крути, оказалась довольно интересным событием. В частности, на ней Александр Усс цинично унизил Сергея Караганова с его «сибиризацией». Караганов не только приехал в Красноярск, не на «свою» конференцию, но и был поставлен выступать в самом конце, когда часть гостей уже разошлась, оставшиеся зевают, сосредоточенно роются в своих смартфонах и предвкушают банкет. Согласимся с Александром Викторовичем - и поделом Караганову. То, что он продвигал как «сибиризацию», ничего, кроме недоуменного пожимания плечами или гомерического хохота, не вызывало. Он отличился в негативном смысле даже на этой конференции, предложив восстановить... Сибирский приказ. Ну да, а еще Совет Федерации переименовать в Боярскую Думу, а Александру Уссу, как и другим сенаторам, присвоить титул боярина с выдачей положенной бобровой шапки и шелкового кафтана на соболях. Все это настолько несерьезно, что даже не стоит обсуждения.

Сергей Караганов числится научным руководителем факультета мировой экономики и мировой политики Высшей школы экономики. Это что, он так же научно руководит этим факультетом, как и высказывается о «сибиризации»? Это, конечно, не наше дело, но некоторые вопросы, которые стоило бы адресовать руководству ВШЭ, возникают.

Эта конференция почти ничего к стратегии развития Сибири не дала, да и вряд ли могла дать. Однако, она дает повод поговорить о вещах, о которых говорят сравнительно редко, хотя они важны. На конференции постоянно затрагивалась тема сибирских ресурсов, которые - ого-го! И Александр Усс тоже любил высказывался в таком же духе. На мой же взгляд, такая постановка вопроса серьезно искажает картину, создавая образ Сибири, где можно чуть ли не загребать лопатой, хотя в действительности это не так. О ресурсах надо говорить с уточнением, что имеется в виду: ресурсы геологические или ресурсы экономические.

Ресурсы экономические: наиболее яркий пример - это Бородинский разрез АО "СУЭК-Красноярск", который в 2025 году добыл 24,8 млн тонн угля. Запасы угля этого угленосного участка оценивается в 650 млн тонн. Эти запасы разведаны, изучены, оценены, имеется план их добычи, необходимая техника и инфраструктура, то есть при определенных условиях этот уголь может быть добыт и использован. Поэтому мы можем полагаться на эти запасы угля и определять их экономическую ценность.

Ресурсы геологические: наиболее яркий пример - Тунгусский угольный бассейн, про который, если не брать его крайней западной оконечности в виде Далдыканского и Кайерканского месторождений, которые разрабатываются, в сущности известно только то, что он есть и что он огромен, более 5 трлн тонн. При этом уголь залегает под мощной пачкой туфов и лавы толщиной до 2000 метров, то есть до него еще надо добраться. В дополнение к этому к основным запасам Тунгусского угля нет дорог, ни автомобильных, ни железных, довольно неустойчивая связь по реке из-за колебания уровня воды и глубин на фарватере; не имеется энергетической, коммунальной, жилой, никакой другой инфраструктуры, техники, конечно, тоже нет. Этот уголь с точки зрения экономики не существует. Он может появиться, если будут проложены дороги и построены угледобывающие объекты, но сейчас его нет.

Думается, основное различие между ресурсами экономическими и геологическими изложено достаточно ясно.

Теперь, если мы с этой точки зрения рассмотрим ресурсы Сибири, то мы с удивлением обнаружим, что ресурсы Сибири, которые можно назвать экономическими, вовсе не так велики и составляются в подавляющей части углем - каменным и бурым, добываемым в районах, где есть железные дороги. Есть еще нефть и газ Западной Сибири, обеспеченные своим транспортом. Есть ачинские нефелины - сырье для производства глинозема, есть некоторое количество золота, терпимого к слаборазвитой инфраструктуре добычи, а также немного по мелочи других руд, в частности, железной руды. Если считать полосы в 50 км по обе стороны от железных дорог, в которых есть или возможно сравнительно быстро соорудить транспортную инфраструктуру, а железных дорог в СФО примерно 13 тысяч км, то эта территория, где расположены более или менее экономически достижимые ресурсы, получается 1,3 млн кв. км или 29,8% территории Сибирского федерального округа. На остальной части округа ресурсы есть в чисто геологическом смысле и для экономики недоступны.

Нам не нужно забираться в высокие широты. Между Красноярском и Иркутском находится обширный, неосвоенный, но, по всей видимости, весьма богатый всякими полезными ископаемыми Восточный Саян, в который почти нет дорог, а железная дорога Абакан - Тайшет, некогда построенная с большими усилиями и жертвами, сейчас фактически транзитная, а не опора для освоения края.

Отсюда становится вполне очевидно, что обычные разговоры о том, что в Сибири-де ресурсов - ого-го, представляют собой в известном смысле самообман или выдачу желаемого за действительное, если хотите. Экономически доступные ресурсы не столь велики, интенсивно используются, а также набор их небогат и представлен главным образом энергоносителями: уголь, нефть и газ. Северо-западная часть Сибири - нефтеэкспортирующая, юго-западная части Сибири - углеэкспортирующая. Сибирь велика, а взять, получается, и нечего.

Поэтому ничего и не выходит со стратегией развития Сибири, поскольку предыдущие и все очередные попытки строятся на основе неверной оценки ситуации, чрезмерно приукрашенной. Потому что ресурсное богатство Сибири существует пока что в геологическом смысле, а взять его пока не получается.

Lx: 5588