Сергей Геннадьевич Перевозников – сибирский предприниматель с богатой историей. Он и строитель, и сыровар, и фермер. Он организовывал забеги русских троек, был пожарным-добровольцем и переходил Байкал по льду ночью. В его жизни были и взлёты, и падения.

– У вас очень разнообразная предпринимательская история.

– Я всегда любил и умел зарабатывать. Первые деньги заработал на стройке. Я купил себе коттедж, когда закончил институт. Это было в девяностые. Они ещё не были лихими. Лихими они стали позже, но тогда я уже не занимался стройкой. Там у меня маршрутки были и прочее...

Сыроварня, с одной стороны, была по расчёту, а с другой стороны – это логичное продолжение моей туристической деятельности. У меня уже была турбаза. Были лошади, а к ним уже пошли коровы, так как господдержки на лошадей не было.

Мне был близок девиз Реала: «Нам забьют сколько смогут, а мы сколько захотим». Я знал, что могу заработать столько, сколько захочу. Я делал качественно своё дело. А деньги – это сопутствующая вещь, но не сама цель. У меня всегда было чёткое ощущение, что будет дело – будут деньги. А идеи есть всегда. Миллион идей! Они даже сейчас буквально в воздухе…

– А какое самое любимое ваше «детище»?

– Ну, во-первых, я влюбчив. И мне всегда нравилось то, чем я занимался. К тому же новое дело – это всегда знакомства с новыми людьми, процессами, новый опыт. Сейчас трудно сказать. Любимое дело… Когда тебе 30 лет, и когда тебе 50 лет – восприятие разное. В молодости ты то ли то дело любишь, то ли то молодость, то ли поток несёт.

– Как возник бизнес в Бугульдейке?

– Я купил базу, даже не глядя. Это было время стабильного бизнеса, я нормально зарабатывал. И мне не то чтобы скучно стало, скорее всё было однообразно. Тогда ещё не было бума туризма. И я посчитал, что на Байкале туризм прямо напрашивается. Я купил базу и, даже не видя её, точно знал, что раскручусь. И только через полгода приехал посмотреть, что купил.

– И каким было первое впечатление?

– Удивился немного... Бугульдейка производит такое неоднозначное впечатление. Но туризм – это же весёлые потери денег! И я продал долю в бизнесе и ушёл в туризм. У меня конные маршруты ходили по расписанию. Был постоянный поток туристов. Временами было больше 100% заполнения. База «Заречная» и сейчас бы работала, просто она ушла в залог. Она вообще не виновата в том, что с ней случилось. И сейчас она спокойно бы генерировала стабильный поток. Это был не просто бизнес. Это была сверхидея создания крутого пространства из простой деревни. К тому же там мраморный карьер, напротив есть река Селенга, есть такие места, которых нет на Малом море. Я планировал открыть там ещё кафе и фермерский зоопарк. Без ложной скромности могу сказать, что именно я привлёк всеобщее внимание к этой деревне. Именно с меня там началась туристическая история. Другое дело, что она пойдет по пути Хужира и Листвянки. К сожалению…

А какой интересный уникальный арт-объект можно было уже давно сделать из мраморного карьера. Там можно от простых мастер-классов до скульптурных фестивалей проводить! Но у нас юридическая цивилизация. Процессы важнее результата. И мало кто может взять на себя ответственность за изменение неэффективных процессов.

– В Бугульдейке вы проводили зимний фестиваль «Табун ветров».

– Да, «Табун ветров» в 2014 году был серьёзным шагом к моей цели. Бугульдейка – Королева Ветров. За календарный год суммарный объем воздуха, проходимый через Бугульдейку, в несколько раз больше, чем через Сарму знаменитую. Сарма просто резкая и внезапная. А Бугульдейка стабильная. Это место буквально располагает к творчеству.

За полтора месяца фестиваля здесь появились 384 рукотворных лошади из чистейшего байкальского льда. Над созданием табуна трудились лучшие ледовые скульпторы из Голландии, Финляндии, Санкт-Петербурга, Москвы, Владивостока, Хабаровска, Перми и Иркутской области.

Стоит сказать, что у фестиваля «Табун ветров» было две ноги. Один Перевозников бы это не сделал. Это был симбиоз с творческой группой «Театрика» из Санкт-Петербурга. Это по-хорошему сумасшедшие люди! По отдельности мы сделали бы фигню, а в сумме получилась песня.

Но по факту этот фестиваль оказался лебединой песней… Потом всё полетело, покатилось, и мне стало точно не до Бугульдейки и не до фестивалей. К сожалению.

– А почему именно 384 лошади?

– Столько дней в году было по восточному календарю. Когда начали делать, мы все понимали, что это много. 384 ледяные лошади. Но когда увидели это воочию, мы очень впечатлились! Лёд прогибался. Вживую это производило невероятное впечатление. На закрытие приехало три тысячи человек! В Бугульдейке впервые в жизни возникли пробки! Даже мы такого не ожидали. Это дало мощный импульс для местной торговли и строительства. Я делился своими опасениями с главой администрации, что сейчас понастроят прямые линии и ровные заборы. А люди едут не за этим! Уйдёт очарование старой деревни. Тут надо строить с умом и на перспективу.

– В тот же период вы были серьёзным фермером?

– Туристический проект «Имение Заречное» открыл для меня фермерство. Это логично – сельский и активный экотуризм, свои деревенские продукты. Сначала были лошади, потом коровы - больше ста голов крупного рогатого скота. Там на самом деле история печальная. Случилась такая зима, какой ещё не было. Наступили ранние морозы, упал снег и растаял. Образовалась ледяная корка, а потом выпало очень много снега. Очень много! Строители подвели меня – не успели достроить коровник. Я боролся всю зиму, выгребал как мог, все оборотные сожрал. Банки говорили, что поддержат, ведь у меня была отличная кредитная история. Но когда всё пошло не так, поддержки я от них не получил. Я предлагал им выход из ситуации на взаимовыгодных условиях, но они не огласились. У них стандартные процедуры, на большее они не способны. Потом семь лет «шли бои». Я думал, что этот ужас уже не кончится. И вот в этом декабре мы ставим точку в этом деле.

– А с чего началась ваша «сырная история»?

– У меня был хороший ассортимент мясных полуфабрикатов. Мясо по-ольхонски, копчёное, сырокопчёное… Мы очень редко просто сдавали тушу на рынок. Пока своего магазина не было, мы развозили по заказам. Тогда ещё были очень популярны женские совместные покупки «Мама38». Было очень забавно! За заказами приезжали брутальные мужья на крузаках и лексусах, а выдавали мясо по «никам» их жён, а там были всякие Лёлики, Пупсики и прочая милота. Такой когнитивный диссонанс получался. Продажи были стабильные, мы решили создать свой сайт и открыть магазин. Но обороты сразу упали, потому что нас стали воспринимать как перекуп. И мы стали искать варианты для расширения товарной линейки. Первая сыроварня была как дополнение к фермерскому хозяйству и магазину на девяти квадратных метрах. Самая большая, проданная большой торговой сети, только холодильников имела 108 квадратов! Мы изготавливали йогурты и сыры отличного качества. Коллеги из Италии консультировали нас по производству сыров. Мне не нужен был большой ассортимент. Нужен был хороший полезный продукт со стабильным качеством. По итогу у нас было 15 видов сыра. Я постоянно учился, пробовал разные рецепты, вникал во все детали. Было много риска, но мне нравилось это дело.

Я хороший стартапер. Я нормальный организатор, но мне надо создавать и уходить. Я могу построить систему, но, когда я остаюсь внутри этой системы, я становлюсь для неё опасен. Потому что нельзя всё время быть в изменениях. А мне хочется что-то улучшать, внедрять, докручивать. А иногда надо оставлять дело в покое, улучшать постепенно, создавать что-то рядом. Я не боялся делегировать, мне очень хотелось передать всё в идеальном состоянии. Это ошибка.

– Вы всё время трансформировались, меняли направления и не сдавались. За счет чего? Вы борец?

– Воспитание в первую очередь. Хорошее советское воспитание. Мы 90-е пережили, потому что были готовые. Мы были борзые, но мы умели делать всё. Борец? Возможно. Я надеюсь, что больше таких потрясений не будет. И времена меняются, и я не мальчик. И хочется чего-то другого.

– А что вы бы сказали себе 20-летней давности? Учитывая весь полученный опыт и знания.

– Не ходить туда. Нет, сыроварня ещё может быть, а вот в фермерство я бы точно не пошел. А если и пошёл бы, то совсем по-другому. Более цинично к делу подошёл бы, что ли. Без попыток улучшить мир. Я стал умнее. В этой вечной погоне мы забываем, что жизнь идёт здесь и сейчас. Мы ждём какого-то момента, чтобы начать жить. А он может и не наступить! Про это надо помнить.

– Зимний ночной переход через Байкал – это был вызов?

– Всё началось со спора в кабинете чиновника. А выросло в яркий проект - я прошёл от дельты Селенги до Бугульдейки. Это был февраль 2022 года. 500 человек смотрели за мной в прямом эфире, обсуждали разные темы. Я подключался, отвечал на вопросы. Я взял с собой трекер, чтобы можно было следить по карте. Пронизывающий холод не позволил мне нормально поесть, я чуть не провалился в трещину. Это было экстремально, но я верил в себя. Я считаю, что на Байкале безопасно в любое время, если ты с головой дружишь! Я долго откладывал, ждал полнолуния. Мне казалось, что так будет светлее, но я всё равно в темноте шёл, луна пряталась за облаками. Взял ориентир на Полярную звезду, «поставил» её себе на плечо. И прошёл сорок километров за десять часов. Да, это был и вызов, и испытание, и заявление о своей байкальской экспертности. Байкал – это мощь. Его сила – часть нашей жизни.

– Вы сейчас консультируете бизнесменов. С какими вопросами обращаются чаще?

– Разные вопросы. Стоит ли во что-то вкладываться. Стоит ли продолжать. В чём проблема в целом. Я смотрю холодным незамыленным взглядом на процессы. У меня есть партнер. Он методики хорошо знает, а я практик. Он ведёт по процессу, а я внутри плаваю. И мы там вдвоём гораздо больше видим, чем по одному. Под разными углами. Проблемы в бизнесе не всегда там, где их видит собственник. И иногда должно пройти время, чтобы он тебя услышал. Например, в туризме. Какой-нибудь предприниматель открывает базу на Байкале. Он в себе очень уверен, ведь он в Таиланде отдыхал, в Турции. Друзей и знакомых у него полно. База точно окупится! Всё знает, всё умеет, всё у него «полетит». Начинаешь ему говорить о реальности нашего туризма, он смотрит на тебя пустыми глазами. Сначала. А вот через год начинает слушать. Но тогда уже не факт, что деньги остались и что-то ещё можно с бизнесом сделать.

– А какой совет вы бы дали начинающим предпринимателям?

– Считайте деньги и разговаривайте не только с теми, кто вас поддерживает. Это важно. Если в вас верят, то почему. А если говорят, что ничего не выйдет, то тоже почему. Слушайте аргументы. Включайте голову, и всё получится. Поддержка важна, но глаза надо держать широко открытыми. Работать «на дядю» спокойнее и, иногда, даже доходнее. В бизнесе надо с умом подходить к каждому рублю.

Фото предоставлены героем интервью

Lx: 10915