С 6 по 9 июля 2026 года в Екатеринбурге проходил "Иннопром-2026", на котором собрались представители 900 компаний из 50 стран. По крайней мере, так говорят его организаторы, а проверить это трудно. И вот, на панельной сессии этого форума "Редкоземы - искры будущего для промышленности" выступила генеральный директор фонда "Ангаро-Енисейская долина" Ксения Шойгу. Хотя в прессе в связи с этим событием упоминается прежнее название фонда - "Долина Менделеева", тем не менее, название и должность приведены в соответствии с базами данных зарегистрированных юридических лиц.
Ксения Шойгу двинула мощную речь: "В рамках исполнения поручения президента России совместно с Минпромторгом и отраслевыми партнерами мы проработали архитектуру 12 приоритетных технологических цепочек по системам накопления энергии, искусственному интеллекту, оптическому волокну, критическим продуктам на основе молибдена, кремния, бериллия, тантала, меди, ниобия, алюминия, постоянным магнитам и аддитивным технологиям. В контуре кластера сформирован портфель из 32 инвестиционных проектов с участием 14 индустриальных партнеров. Инвестиции в производственное ядро и технологическую базу ИНТЦ оцениваются в 700 млрд рублей, из них уже подтверждено порядка 30%, а совокупный CAPEX проекта с учетом обеспечивающей инфраструктуры - порядка 1,45 трлн рублей". CAPEX - это капитальные затраты на приобретение долгосрочных активов.
Хотя это выступление было призвано произвести впечатление, тем не менее, в сущности, это пустые слова потому, что не было сказано ничего конкретного: что за проекты, какой стоимости, какой продукции и какой мощности, а также какие это именно "индустриальные партнеры".
На фоне большого количества пустых и несбыточных обещаний о всякого рода прорывных проектах, которые заканчивались буквально ничем, подобные слова уже никакого доверия не вызывают и не впечатляют. Мало ли кто что обещал. Где сделанное, построенное и выпускаемое?
Тем более, что согласно регистрационным данным, виды деятельности по ОКВЭД для фонда "Ангаро-Енисейская долина" значатся: основной - предоставление прочих финансовых услуг, дополнительные - разработка строительных проектов, обработка и предоставление информации, аренда и управление недвижимым имуществом, деятельность заказчика-застройщика, организация конференций, выставок, деятельность сетевых изданий. В списке ОКВЭД фонда нет ничего, связанного с добычей, производством и переработкой цветных, редких и редкоземельных металлов.
Вот, думается, что тут есть подоплека, о которой не особенно желают распространяться. Судя по всему, предпринимательская модель фонда "Ангаро-Енисейская долина" состоит в том, чтобы насобирать под предлогом развития некоего технологического центра недвижимости в форме зданий, земельных участков, различных недостроенных зданий и на этой основе создать некий бизнес по управлению недвижимостью, обеспечивающий Ксению Шойгу доходом. Даже если фонд некоммерческий и прибыль не получает, тем не менее, выплаты оформляются через управленческие расходы. Вот такой подход в кругах, окружающих этот фонд, считают предосудительным и его всячески стараются замаскировать разговорами о "редкоземельном кластере". Отсюда и получается странный привкус у всей этой эпопеи, когда слова не соответствуют делам.
Здесь, конечно, есть ряд обстоятельств, самих по себе весьма интересных, но мы на них останавливаться не будем. Есть возможность повернуть обсуждение в более продуктивное русло. Дело в том, что управление промышленной недвижимостью - это бизнес, бизнес серьезный, требующий многих специальных знаний и навыков. И бизнес этот очень важный. Вопрос № 2 для любого малого и среднего промышленного предприятия (потому что вопрос № 1 - где взять деньги на открытие и ведение бизнеса) состоит в том, где разместить свое производство. Помещение и плошадка должны соответствовать довольно жестким требованиям: энергоснабжение, отопление, водопровод, канализация, причем специальная, с очисткой стоков, вентиляция, тоже нередко специальная, с газоочисткой, фундаменты или прочные полы, удобный подъезд для грузовиков, складские площади и т.д. Это требования условий производства, промышленной и противопожарной безопасности. У небольшого бизнеса нет десятков и сотен миллионов, или даже миллиардов рублей, чтобы построить себе объект самостоятельно, потому они очень нуждаются в арендных промышленных помещениях и площадках.
То, что пытаются делать сейчас в ряде регионов Сибири под названием "промышленный кластер", ничего, кроме вздоха сожаления, не вызывает. Им не удается создать место ля размещения небольших производств даже в условиях почти готовых цехов ранее действовавшего предприятия. Не говоря уже о новом строительстве. Всякие бизнес-центры или инновационные центры предлагают, в сущности, лишь офисы, где станок не поставишь. Промышленный бизнес вынужден ютиться в старых, еще советских промзонах, как-то приспосабливая старые и нередко полуразрушенные здания. Но это далеко не оптимальное решение, да и запасы советских промзон не безграничны. И это фактор, который бетонной плитой ограничивает рост промышленности, как валовый, так и отраслевой. Именно это и является одним из факторов того, что все везут из Китая, вместо того, чтобы производить у себя. Если станок поставить негде, то покупки в Китае становятся неизбежными.
Конечно, когда-то государство могло построить целый завод или комбинат при нем. Но эта эпоха закончилась. Теперь промышленность развивается как и везде, начиная с мелких и средних предприятий. Чтобы они росли быстро, им нужны арендные промышленные площади, чтобы не обременять себя непосильными капитальными затратами в стадии развития, полностью подходящие и по сходной арендной ставке. Если фонд "Ангаро-Енисейская долина" сделал бы нечто подобное - это было бы выдающееся и очень важное дело. Надо смотреть более широко: сеть промзон (если использовать привычное нам название), полностью готовых для сдачи в аренду разным промышленным предпринимателям именно под задачу создания условий для быстрого и бурного роста мелких и средних производств, чтобы они как можно быстрее проходили начальные стадии и выходили на собственные объекты. Эти промзоны могут быть связаны с переработкой редкоземельных металлов, а могут быть и не связаны: дело в работоспособной экономической модели управления недвижимостью в промзоне, а не в отраслевой привязке.
Если Ксения Шойгу это сумеет, создаст такую модель управления промышленной недвижимостью и 20-30 подобных арендных промзон для промышленного бизнеса в Сибири, то ей можно будет поставить памятник.
Lx: 6547