Под Нерюнгри ученые били кувалдой по земле и устраивали крошечные взрывы в неглубоких скважинах, чтобы по отклику пород понять, что лежит под шахтой. Нашли новые угольные пласты и разломы, которые бурение не видит. Радоваться, впрочем, особо нечему. Запасов в Южной Якутии и без того с избытком, а вот денег на то, чтобы безопасно их достать, у компаний все меньше, потому что почти вся прибыль уходит банкам.

Сейсмические исследования на Чульмаканском месторождении провел Институт нефтегазовой геологии и геофизики имени Трофимука СО РАН вместе с Сейсмологическим и Алтае-Саянским филиалами ФИЦ «Единая геофизическая служба РАН». Для всего Алдано-Чульманского угленосного района такие работы стали первыми.

На глубине до 300 метров выделены пласты толщиной до 3 метров, изучено их строение и найдены тектонические нарушения. Колебания регистрировали отечественной станцией РОСА, затем строили модель распространения волн, совмещая данные по отраженным и преломленным волнам. Шахту при этом останавливать не пришлось, и для угольщиков это, пожалуй, важнее всего.

Месторождение действующее. Только на его Локучакитском участке учтено около 578 миллионов тонн коксующегося угля, участок разрабатывала компания «Долгучан». С Чульмакана идет и инаглинский уголь группы «Колмар», который она поставляла китайской Baowu Steel. Сам район стал главной точкой роста отрасли. Якутия вышла на второе место в стране по добыче после Кузбасса, с 2018 по 2025 год объем вырос с 17,4 до 51,5 миллиона тонн, и почти весь он приходится на коксующийся уголь.

Тонны растут, прибыль нет. По оценке Минэнерго, за семь месяцев 2026 года убытки угольщиков превысили 178 миллиардов рублей, по итогам года ожидается 300–310 миллиардов против 408 миллиардов в 2025-м. Долги отрасли держатся на уровне 1,6–1,8 триллиона рублей. В группе «Эльга», крупнейшем игроке Южной Якутии, допускают, что в целом по отрасли может закрыться примерно пятая часть мощностей, и прямо связывают отложенные инвестиции с ключевой ставкой.

Фото: cariernews.ru

«Вся прибыль, которая сегодня появляется, уходит на погашение тех процентов», — отметил глава Якутии Айсен Николаев.

Речь о процентах по кредитам, которые угольщики копили, пока мировые цены падали, а ключевая ставка росла. Крепкий рубль добавил проблем, потому что экспортная выручка в пересчете оказалась меньше ожидаемой. Даже у якутских компаний с их выгодной логистикой свободные деньги уходят не на развитие, а на обслуживание старых долгов.

Цены за год успели и упасть, и подрасти. В первом квартале Китай нарастил закупки российского коксующегося угля на 9%, но средняя цена снизилась на 3%, до 112,8 доллара за тонну. Летом мировые котировки отскочили на 25–30%, а в октябре цены внутри страны поднялись почти на треть. Большую часть прибавки съедает рост издержек на дизель, зарплаты и обслуживание импортной техники.

Подорожавший уголь еще надо довезти до порта, а с этим у Якутии те же проблемы, что и у всех. Власти республики рассчитывают на спрос со стороны Индии, Китая и Вьетнама, но признают, что развитие отрасли может упереться в пропускную способность Восточного полигона.

За место на БАМе и Транссибе якутские компании конкурируют с Кузбассом, которому РЖД на 2026 год гарантировала вывоз 55 миллионов тонн на восток с возможностью добавить еще пять. Сама РЖД такие соглашения недолюбливает и утверждает, что угольщики не всегда выбирают заявленные объемы. Найденные под Нерюнгри пласты эту очередь никак не сократят, скорее удлинят.

Поэтому дополнительный уголь сейчас мало кому интересен, разведанных запасов на Дальнем Востоке при нынешнем потреблении хватит больше чем на 700 лет. Ценность чульмаканской работы в другом, она показывает, где порода поведет себя непредсказуемо.

Неучтенный разлом для шахты означает прямые потери. Лава упирается в смещение пласта, комплекс приходится перемонтировать, план срывается, а в худшем случае по трещинам приходят газ и вода. В институте сами признают, что прогнозы о строении недр часто не подтверждаются именно из-за небольших разрывов и смещений пород.

Во что обходятся проблемы под землей, местные угольщики знают не понаслышке. В конце июня Нерюнгринский городской суд из-за грубых нарушений требований промышленной безопасности приостановил на 90 суток работу опасного производственного объекта на ГОКе «Инаглинский» того же «Колмара». Правда, уже на следующий день приставы уточнили, что полной остановки шахты нет, а в компании заявили о штатной работе.

Инаглинский ГОК
Фото: ventinform.ru

История при этом не первая, в декабре 2024 года суд тоже приостанавливал работу комбината. Для экспортера каждый такой эпизод означает риск недопоставок и штрафов по контрактам, то есть те же деньги, которых и так не хватает.

А в кризис компании экономят как раз на этом. Угольщики сокращают инвестпланы не только по развитию, но и по поддержанию добычи и проектам безопасности. Расчет простой, проценты банку нужно платить сегодня, а авария, может, и не случится.

Хотя бывает и по-другому. В Кузбассе, где добыча падает, вложения в геологоразведку выросли с 2,9 миллиарда рублей в 2025 году до запланированных примерно пяти миллиардов, и платят в основном сами недропользователи. Утвержденная в сентябре программа развития угольной промышленности до 2050 года тоже обещает пересмотреть подходы к изучению недр.

Станция РОСА при этом российская, а в геофизике своего оборудования пока немного. По оценке Роснедр, доля отечественной буровой техники в геологоразведке уже выше 90%, а геофизические приборы делятся между российскими и импортными примерно поровну.

Ученые планируют разработать новое оборудование и программы обработки данных для добывающей промышленности. Только до шахт научные разработки доходят редко. По данным НОЦ «Кузбасс — Донбасс», за десять лет бюджет профинансировал 63 НИОКР в углехимии на 2,4 миллиарда рублей и не получил ни одного значимого внедрения.

Подавать эту работу как открытие новых запасов бессмысленно. Угольщикам Якутии нужны не лишние сотни миллионов тонн на балансе, а возможность дожить до нормальной ставки без аварий и сорванных отгрузок. Метод, который позволяет заглянуть в недра с поверхности и не трогать шахту, как раз для этого.

Если институты посчитают, сколько простоев он предотвращает, и предложат недорогой серийный сервис, у технологии появится рынок даже в кризис. Остается понять, кто заплатит за знание о разломах раньше, чем очередной разлом выставит свой счет сам.

Фото: geolexmt.com

Lx: 6468