Старейший медный комбинат Монголии «Эрдэнэт» всю жизнь работал на чужие заводы. Его концентрат уходил сначала в Советский Союз, потом в Китай, а разговоры о собственной плавке пережили и плановую экономику, и несколько поколений руководителей. Теперь завод, похоже, все-таки появится, только технологию, подрядчика и, скорее всего, покупателя для его продукции страна нашла по ту сторону южной границы.

11 ноября монгольское правительство сообщило, что переговоры с инвестором проекта продолжаются, а итоговый проект контракта скоро внесут на рассмотрение кабмина. Партнером выбрана китайская NFC, входящая в госгруппу China Nonferrous Metal Mining. Завод стоимостью 772 миллиона долларов должен перерабатывать 560 тысяч тонн медного концентрата и выпускать 124 тысячи тонн катодной меди в год. Срок для завершения переговоров премьер-министр Монголии Ням-Осорын Учрал установил еще в октябре, до конца ноября.

Выбор инвестора состоялся в июне. Информацию о проекте разослали 55 компаниям из более чем двадцати стран, заявки подали 13 компаний из семи государств, а в финал вышли три китайских претендента и швейцарская Glencore. Определиться с победителем собирались к концу первого квартала, но и этот срок сдвинулся больше чем на два месяца.

NFC в отрасли не новичок. По данным монгольского правительства, компания участвовала в проектах, на которые приходится 35% мировых и 70% китайских мощностей по выплавке меди. В Казахстане она подписала с KAZ Minerals контракт на строительство медеплавильного завода стоимостью 1,41 миллиарда долларов, а во Вьетнаме построила завод, с которого начался экспорт китайской технологии плавки меди.

Фото: сайт NFC

Комбинат строили Советский Союз и Монголия, первую секцию обогатительной фабрики запустили в 1978 году. Еще тогда в Монголии считали, что в Эрдэнэте должен работать не только горно-обогатительный, но и металлургический комбинат. В 1987 году первое исследование по плавке подготовил московский «Гипроцветмет», а в 1989-м профильное министерство признало строительство целесообразным.

За это время на предприятии перебрали почти все существующие технологии, от советской печи Ванюкова до канадских, австралийских и финских решений. В 2014 году остановились на китайской SKS института ENFI как самой дешевой и по вложениям, и по эксплуатации. Позже ENFI и сама вошла в один из консорциумов, боровшихся за проект, но уступила NFC. Так что китайским завод стал задолго до того, как у него появился китайский инвестор.

Фото: erdenetmc.mn

Сроки двигались постоянно. В 2019 году ТЭО оценило завод в 762 миллиона долларов. В 2024-м руководство комбината обещало достроить его к 2027 году, а весной 2026-го руководитель проекта промышленного парка Эрдэнэта говорил уже о 30 месяцах на строительство. Дата ввода до сих пор официально не названа, и неудивительно, ведь контракт еще не подписан.

Плавить эрдэнэтскую медь когда-то собиралась и Россия. В 2016 году правительство Забайкалья, «Атомредметзолото» и структура «Ростеха» договорились построить в Краснокаменске медеплавильный завод за 2 миллиарда долларов. Сырье для него собирались брать с Эрдэнэта, а позже с Удокана, запуск намечали на 2020 год. Но в том же году «Ростех» продал свои 49% в «Эрдэнэте» частной монгольской компании примерно за 400 миллионов долларов, и до строительства в Краснокаменске дело так и не дошло.

Забайкальская медь в итоге обошлась без медеплавильного завода. В сентябре на Удокане запустили гидрометаллургическое производство, которое выпускает катодную медь без классической плавки, первая очередь рассчитана на 150 тысяч тонн в год. Россия и без того поставляет около пятой части медных катодов, которые импортирует Китай, а за девять месяцев 2026 года эти поставки выросли на 13%, до 293,5 тысячи тонн. Когда в Эрдэнэте заработает завод, забайкальские и монгольские катоды будут бороться за одного и того же покупателя.

Фото: udokancopper.ru

Экономика плавки при этом скромная. Руководство «Эрдэнэта» открыто признавало, что отдельный медеплавильный завод дает внутреннюю норму доходности всего 6–7%. Зарабатывать собираются на следующих переделах, проводе, кабеле, трубах и медном порошке.

Главный вопрос сейчас не в том, построят ли завод, а в том, кому он будет принадлежать. Доли, финансирование и условия строительства как раз и делят на нынешних переговорах. Монгольская сторона требует, чтобы строитель вошел в капитал и разделил риски, а руководство комбината говорило, что хотело бы оставить за «Эрдэнэтом» 51%. Если остальное получит NFC, китайская компания станет совладельцем переработки на комбинате, который полвека считался символом советско-монгольского сотрудничества.

Есть и вопрос энергии. Отдельную электростанцию под завод строить не будут, около 120 мегаватт возьмут из той же системы, что питает комбинат. Для страны, которая каждую зиму живет с риском нехватки мощности и часть электричества покупает в России, это заметная дополнительная нагрузка.

Даже побочный продукт плавки завязан на южного соседа. Сернистый газ на заводе планировали превращать в элементарную серу по запатентованной ENFI технологии и продавать в Китай, который ежегодно импортирует около восьми миллионов тонн серы. Внутри Монголии серной кислоте и ее производным почти некуда деться.

Сегодня Монголия отправляет в Китай практически весь медный концентрат, за десять месяцев этого года его вывезли 2,13 миллиона тонн. Завод в Эрдэнэте заберет из этого потока заметную часть и превратит ее в металл.

Самостоятельности такой завод Монголии не гарантирует, но дает шанс, которого у нее раньше не было. Концентрат может купить только тот, у кого рядом есть плавильные мощности, а катодная медь — биржевой товар, который при желании можно отправить хоть в Корею, хоть в Европу. Воспользоваться этим Улан-Батор сможет, только если решение о том, куда он неґ металл, останется за ним, а не за совладельцем. Иначе страна просто поменяет вагоны с концентратом на вагоны с катодами, а адрес получателя останется прежним.

Фото: mongolianminingjournal.com

Lx: 6032